Норов Авраам Сергеевич, русский путешественник

Норов Авраам Сергеевич

  Судьба его поразительна. 17-летним юношей участвует в Бородинском сражении и теряет обе ноги. В плену за ним ухаживает личный лейб-медик Наполеона Лярей. После войны Норов надолго остается в своей деревне в Саратовской губернии, учит языки, пишет стихи. Переводит «Божественную комедию» Данте! А с греческого – всего Анакреонта!

  Невзирая на увечье, отправляется в первое свое путешествие – по Европе. Посещает Сицилию, где на него уже «дохнула Африка». Именно здесь, на стыке двух миров, в душе Норова зародилось стремление побывать на Черном континенте. В двухтомной книге о первом путешествии уже чувствуется зрелый исследователь. Однако до того было еще путешествие в Англию и несколько лет «безвылазной» службы в Петербурге. За это время он общался с Чаадаевым, Пушкиным, Вяземским, Сенковским, Одоевским. И вот – долгожданная поездка на Восток…

  В 1834 г. он буквально «по камешку» осматривает египетскую столицу, знакомится с важными чиновниками. Заслуга Норова в том, что ему удалось зарисовать и описать многие памятники прошлого, которые впоследствии были разрушены. Позже, в Иерусалиме, он наблюдает африканских христиан – коптов и эфиопов. «Службы разных исповедей не прекращались всю ночь и следовали одна за другой. Я засыпал при протяжном пении латинцев и под звуки тимпанов сириан и абиссинцев».

  Возвратившись в Россию, Норов выпустил книгу о своем путешествии. Ее очень высоко оценили, перевели на немецкий. А вот второй книге – о поездке в Египет и Нубию – повезло меньше. Наверное, она показалась читателю перегруженной археологическим и историческим материалом. Но сегодня именно это и делает ее подлинным шедевром так называемой «литературы путешествий». И, тем не менее, вот уже 160 лет книга ни разу не переиздавалась! Так же, впрочем, как его замечательные исследования об Атлантиде, написанные под впечатлением поездки по Средиземноморью…

  Вчитайтесь в строки, и вы почувствуете аромат Африки, воспетой Норовым: «Первый шаг на этот берег Африки поразителен для европейца. Это раскаленное солнце и знойный песок, народ черный, их восточная одежда или нагота; эти уродливые и вместе с тем кичливые верблюды, влекущие мехи с водою; женщины, подобно привидениям, завернутые в белые саваны, с завешенными до глаз лицами, с проницательными взорами; то с кувшином на голове, то с нагим младенцем, сидящим верхом на их шее; эти имамы, сидящие поджав ноги, в глубокой задумчивости, с четками в руках и с молитвами пророку на устах; роскошные муселимы, едущие то на гордой арабской лошади, то богато убранном осле; слепые и изуродованные нищие, лежащие как бы без чувств и калимые солнцем; этот оборванный изнуренный народ, волнующийся туда и сюда, расталкиваемый палицами янычаров.., эти ни на что не похожие переходы, называемые улицами, – все это вам кажется сном, и вы стараетесь увериться в истинности видимого вами».

 

  Годы жизни 1785 – 1869




Вы можете пропустить чтение записи и оставить комментарий. Размещение ссылок запрещено.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.